17 ноября в Советском райсуде Новосибирска завершилась тяжба по поводу квартиры, пожертвованной семьей академика Александра Асеева Сибирскому отделению РАН, взамен ведомственного коттеджа, из-за которого несколько лет назад разгорелся громкий скандал, вылившийся в уголовное дело.
Иск об отмене пожертвования квартиры в Академгородке СО РАН к Территориальному управлению Росимущества в НСО заявила супруга ученого — Вера Асеева, которая на момент оформления договора дарения в 2015 году являлась собственником объекта недвижимости.
10 лет назад Александр Асеев решил отказаться от жилплощади в пользу академии наук после приватизации коттеджа на улице Мальцева его дочерью. Однако потом, как известно, данная операция была признана незаконной, а ученого обвинили в присвоении ведомственного объекта путем мошенничества.
Доказать свою невиновность экс-председателю СО РАН не удалось и после вступления приговора в законную силу коттедж вернули в федеральную собственность, а супругов Асеевых «попросили на выход». После этого ученый и его жена решили вернуть ранее «подаренную» государству квартиру.
Как сообщил источник «Прецедента» знакомый с материалами судебного дела, Вера Асеева, ее представитель и заявившийся третьим лицом Александр Асеев выдвинули основные требования: признать сделку пожертвования квартиры недействительной и отменить договор дарения.
Супруга настаивала в суде, что подписала соглашение о пожертвовании, поскольку коттедж тогда уже перешел в собственность дочери и она не знала, что приватизация будет впоследствии отменена по итогам уголовного процесса. Сейчас же бывшая собственница формально вообще осталась без крыши над головой. Кроме того, Асеевы указали, что жертвовали квартиру в качестве служебного жилья, а она якобы не используется по целевому назначению.
Ответчик на это возразил, что на протяжении 10 лет ученый и его жена не интересовались статусом подаренной квартиры. Что же касается передачи коттеджа обратно в федеральную собственность, то по мнению противоположной стороны это не может быть основанием для отмены пожертвования квартиры, поскольку безвозмездная передача имущества в дар не могла оговариваться подобными условиями. Сами требования ответчик посчитал противоречащими друг другу, а также указал на пропуск сроков исковой давности. Прокуратура в свою очередь, которая также участвовала в процессе в качестве третьего лица, акцентировала внимание на отсутствии добросовестности в действиях бывших владельцев «коттеджа раздора».
По итогам разбирательства Советский райсуд отказал в удовлетворении исковых требований. Однако решение не вступило в законную силу, и Вера Асеева может его обжаловать в апелляционной инстанции.
На данный момент пожертвованная СО РАН квартира, принадлежавшая ранее семье академика, остается в собственности государства. Стоит отметить, что данная недвижимость фигурировала в уголовном деле Александра Асеева, указывалась ее стоимость — 22 миллиона рублей и факт передачи государству, который должен был свидетельствовать, по мнению обвиняемого, в отсутствии у него корыстного умысла.
Правоохранители выявили незаконный факт приватизации коттеджа по ул. Мальцева, 16 еще семь лет назад. Александр Асеев предстал перед судом в августе 2021 года. По версии следствия, он организовал дорогостоящий ремонт силами СО РАН в казенном коттедже, который в дальнейшем по подложным документам через суд оформил на свою дочь, проживавшую на тот момент во Франции. Ученому инкриминировали: ч. 4, ст.159 УК (мошенничество). В июне 2023 года Советский райсуд признал Асеева виновным и назначил ему 4 года лишения свободы условно со штрафом 500 тысяч рублей. Обжаловать приговор академику не удалось.
В этом году Александр Асеев пытался снять с себя судимость и это ему почти удалось. Соответствующее решение суда первой инстанции даже вступило в законную силу, но лишь на пять месяцев. В октябре кассация отменила судебный акт.
Тем временем, супруги Асеевы продолжают судиться за возможность проживания в казенном коттедже. На требование о выселении Вера Асеева заявила встречный иск о признании за ней права пользования данным жильем.
Comment section