В редакцию «Прецедента» обратилась жительница поселка Новый — мама двоих детей, обучающихся в среднеобразовательной школе № 4 Бердска. Женщина рассказала, что родителей будущих первоклассников поставили перед фактом: нужно скинуться на ремонт кабинетов. По ее словам, стоимость ремонта одного класса оценили в 175–195 тысяч рублей, а доля каждой семьи составляет от 10 до 17,5 тысячи.
Школьный ремонт как в 90-х
Собеседница попросила сохранить анонимность — опасается, что открытость отразится на отношении к ее детям. Она отметила, что с подобной практикой столкнулась еще в детском саду «Ромашка» (структурное подразделение школы): родителям предлагали покупать для группы технику и хозяйственные мелочи.
— Сначала речь шла о пылесосе и разных мелочах. В саду постоянно просили сдать то на одно, то на другое. Но по сравнению с тем, что началось перед школой, это были копейки, — вспоминает женщина.
Один из ее детей идет в первый класс, второй продолжает обучение в начальной школе. В родительском чате будущих первоклассников, как утверждает заявительница, активно обсуждали капитальный ремонт кабинета: искали подрядчика, прикидывали смету, выбирали мебель, шторы и прочие детали.
Сначала с семьи просили около 10 тысяч рублей, но сумма быстро пошла вверх
— Изначально называли 10 тысяч, потом в переписке появилось предложение уложиться в 15, мелькала и цифра 17,5 тысячи. Причем речь уже не о каких-то мелочах — по сути, речь о полном обновлении класса, — пояснила женщина.
Кроме того, у женщины возникли вопросы к организации процесса. Родители собирались передать деньги непосредственно исполнителю работ, но никакого договора, сметы, подтверждений квалификации мастера или порядка допуска в школу она не видела. Без официального оформления, опасается заявительница, проконтролировать целевое использование средств будет невозможно.
На вопрос, кто именно будет делать ремонт за 175–195 тысяч рублей, в родительском чате ответили, что это «одна женщина».
— Откуда мы знаем, что это за женщина? Может у нее инфекционное заболевание? Может директор и готова допустить чужое лицо, а родители нет. Должен существовать договор, протокол, согласие. Но у нас нет ничего — просто соберите 200 тысяч, и она отремонтирует, — возмущается Светлана.
Мать уверена: родители не должны финансировать ремонт муниципального учреждения. Она открыто заявила, что платить не будет.
— У меня двое детей, и такие суммы для нашей семьи серьезны. Если часть родителей решила делать ремонт добровольно — это их право, но автоматически размазывать расходы на всех нельзя, — подчеркнула она.
Само здание школы, по ее описанию, находится в удручающем состоянии, напоминающем 90-е годы: обшарпанные стены, разбитые лестницы.
«Учителя все бегут оттуда» — дефицит кадров
Женщина рассказывает, как они с другими родителями дошли до министра образования, чтобы решить проблему с учителем преклонного возраста, который умер через три недели работы, и частой сменой педагогов.
— Учителя все бегут оттуда, никто работать не хочет, маленькая зарплата. Директор мне заявила: смотрите, где вы живете, кто сюда будет ездить. Если не нравится — уходите. Но у меня школа через два дома, куда я должна уходить? В другой микрорайон на маршрутке, которой нет? — передает свои переживания героиня.
При этом покупку рабочих тетрадей и мелкие взносы в фонд класса она считает приемлемыми — если суммы небольшие и по ним дают отчет. Хотя и считает, что если учителя хотят работать по своей индивидуальной методике для этого не требуются особенные тетради (на которые дополнительно проводятся сборы в школе). А сбор десятков тысяч на ремонт, по ее мнению, выходит за любые рамки «помощи школе».
Отдельно девушка затронула тему дополнительного образования: часть кружков и секций, по ее словам, работают платно. В саду оплачивались танцы, в школе на коммерческой основе — некоторые спортивные и творческие направления. Как отмечает женщина дети, которые не участвуют в платных кружках в последствии не допускаются на общественные мероприятия, что на её взгляд обижает многих детей.
Ответ директора
Корреспондент «Прецедента» Роман Софин связался с директором школы № 4 Павловой Гузалией. Руководитель категорически опровергла обвинения в систематических поборах.
— В школе средства не собираются. Я вам официально заявляю: в школе деньги не собирают, — подчеркнула она.
На вопрос, за чей счет делается ремонт, директор ответила:
— Ремонт классов проводится за счет добровольных пожертвований и средств, выделяемых школе. Добровольных — подчеркиваю, — акцентировала Гузалия Павловна.
Она также не согласилась с утверждением, что большинство кружков платные. По ее словам, в школе работают множество бесплатных объединений. Часть помещений с разрешения администрации Бердска сдается в аренду сторонним специалистам — именно они, пояснила директор, могут проводить платные занятия для детей.
Самым неоднозначным стал финал беседы. Когда корреспондент начал задавать уточняющие вопросы для статьи, директор выдвинула ультиматум.
— Давайте сделаем так. Прежде чем писать статью, вы обратитесь в Управление образования за разрешением. Я с вами буду общаться теперь только после разрешения Управления образования.
На просьбу уточнить, какое именно разрешение требуется журналисту для выполнения своей профессиональной деятельности, директор повторила, что продолжит диалог только после одобрения вышестоящих инстанций.
Редакция направила запрос в Министерство образования Новосибирской области. Для уточнения, выделялись ли школе средства из бюджета на подготовку кабинетов к учебному году, проводилась ли проверка по факту сборов и как именно должны оформляться родительские пожертвования.
На момент публикации ответ из министерства не поступил. «Прецедент» следит за развитием ситуации.
Ранее редакция сообщала, что новосибирский облсуд ужесточил приговор «рабовладельцам» из Татарска.
Читайте также: власти Новосибирска ищут нового подрядчика для строительства дороги к СКИФу.
Comment section